Удары по НПЗ, портам и зерновым коридорам РФ – как это отразится на белорусских аграриях?
Время авторской журналистики. Андрей Лазуткин и его «Занимательная политология» на СТВ.
Андрей Лазуткин, политолог:
Наверное, главный фактор уборочной – это топливо. Еще с советских времен и в России, и в Беларуси НПЗ рассчитаны в первую очередь на дизель – для нужд сельского хозяйства и армии. Дизельного топлива мы сегодня производим примерно в два раза больше, чем бензина. Так что в России даже на фоне общих проблем с НПЗ ситуация с дизелем лучше, поэтому уборочная идет по плану, несмотря на трудности.
Однако проблема не в наличии топлива, а в логистике. Если легковая машина может подождать в очереди на заправке, то простой комбайна – это пропущенные сроки уборки и потеря урожая. В этом году был холодный май, сроки сместились на одну-две недели, а далее начались перебои в работе НПЗ. А поскольку в России много мелких частных фермеров, ситуация стала средством передела рынка, когда топливо бесперебойно получают в основном крупные игроки, а мелкие хозяйства и частные АЗС испытывают трудности.
Андрей Лазуткин:
А если фермер покупает дизель по слишком высокой цене – по грубому расчету это более 250 российских рублей за литр, или примерно 9 белорусских рублей, – то с этой отметки уборка зерна становится нерентабельной. Однако такая цена дизеля была разовой лишь во время пика спекуляций. В остальной части РФ ценник на дизель сегодня в 2-3 раза ниже, поэтому угрозы нет: наш союзник справляется.
Вторая проблема уборочной для южных регионов России – это обстрелы портов и сухогрузов, которые возят зерно. Украина специально атакует дронами зерновой коридор Дон – Азов, где находятся мелководные порты. Именно по ним самым коротким путем вывозилось примерно четверть всего экспорта зерна и подсолнечного масла в Турцию.
А теперь это зерно и масло надо перебрасывать на другие направления. К тому же может быть закрыт Керченский пролив, а из-за рисков дорожает страхование судов, что сказывается на рентабельности поставок.
То есть фермеру надо либо задействовать автомобильные перевозки (но из-за стоимости дизеля рентабельность снова падает), либо создавать очередь на железной дороге в других портах, которые и так загружены в высокий сезон.
Аграрии Беларуси намолотили 1 млн 220 тыс. тонн зерна.
Андрей Лазуткин:
А значит, зерно надо где-то складировать, хранить, а для этого не всегда есть мощности. Их надо строить, и снова страдает рентабельность. Причем все это надо планировать уже сейчас, так как основной объем зерна Россия экспортирует в августе-октябре, когда его будут отгружать примерно в полтора раза больше, чем сейчас. А станет ли лучше ситуация с логистикой и топливом за это время? Большой вопрос.
То есть зерно будет дешевым внутри России, но его будет сложно вывезти из-за логистики. И тут в особой ситуации оказывается наш белорусский АПК. Например, часть зерна, которое мы убираем, кормовое, оно идет на комбикорма животным. И мы можем выгодно сработать: вложить наше зерно в животноводство, получить добавленную стоимость, а твердые сорта пшеницы купить в России, если цена будет низкой.
Подробности в видео.
