Сейчас «темный» тренд в соцсетях [реакцию на поручение пересмотреть режим уличного освещения – прим. ред.] ненадолго выместил другой – тот, что про таинственные исчезновения. И подтекст такой: как в нашей стране, где мы гордимся спокойствием и безопасностью, могут исчезать люди? Несколько недель тему активно качают.
Из каких соображений и есть ли основания, задались вопросом в программе «Суровый взгляд» на СТВ.
Последние несколько месяцев социальные сети разрывают посты с ориентировками, просьбами о помощи и надписями «Пропал человек». В Беларуси исчезают люди – громче всего об этом кричат оппозиционные СМИ.
У публикаций блогеров, обычных жителей, поисковых отрядов сотни, а то и тысячи комментариев, миллионы просмотров и огромный ажиотаж. Что это? Реальное положение дел или повод поиграть на чувствах людей?
Тут важно обратиться к цифрам. Статистика – вещь упрямая. В Беларуси в 2025-м в органы внутренних дел поступило свыше 6 700 сообщений о безвестном исчезновении граждан. Важный нюанс, нахождение 97 % было установлено.
В то же время, согласно данным, обнародованным Международным движением Красного Креста в августе 2025-го, количество пропавших без вести во всем мире за последние 5 лет выросло почти на 70 % и составило около 284 тысяч человек. От мировой практики, к счастью, мы отстаем. И причина тому – грамотная и четкая работа силовых структур.
Сергей Якубель, заместитель начальника УВД Минского облисполкома – начальник криминальной милиции:
За 2025 год всего в органы внутренних дел (в УВД Минской области, в региональные РУВД) было подано порядка 1 300 заявлений по фактам пропажи граждан. Основная масса, это порядка тысячи лиц, была найдена в ходе проведения первоначальных проверочных мероприятий. И порядка 300 заявлений – лица искались в том числе совместно со следствием. Только 37 человек остались не найдены.
Такой структурированный подход дает результат. Что уж тут говорить, когда в нашей стране нередки случаи раскрытия дел прошлого. Становились известны преступники спустя 30 лет. Секрет прост – высокий профессионализм и современные технологии.
Влада Родовская, корреспондент:
Главные помощники в решении множественных вопросов – камеры. Их встретить можно буквально везде. Они расположены на дорогах, где жилой фонд, в местах массового скопления людей. Сейчас технологии меняются, как меняется и система видеонаблюдения. Некоторые камеры становятся умнее и могут сами фиксировать правонарушения – эра искусственного интеллекта.
В режиме реального времени обстановку контролирует Республиканская система мониторинга общественной безопасности. Сюда попадают все кадры с видеокамер, а их, на минутку, в стране свыше 65 тысяч.
Александр Шестаков, начальник Центра мониторинга общественной безопасности УВД Минского облисполкома:
Данная система позволяет нам эффективно разыскивать людей, находящихся в розыске. Сотрудники милиции лишь используют в помощь эти видеокамеры. Это не основное средство в раскрытии преступлений либо в поиске лиц. Оно лишь помогает (и дополняет в комплексе) сотруднику милиции установить какое-то происшествие и, соответственно, установить, что с этим человеком случилось.
Так почему же все-таки люди пропадают? Все зависит от многих факторов, в том числе и времени года. Лето – время тихой охоты, а значит, высокий риск потеряться в лесу. Зима – тонкий лед. Еще частый кейс – человек уезжает на заработки за границу, а после связь с родными прерывается, и его признают без вести пропавшим. Каждый случай расследуется индивидуально, и помогают силовым структурам поисково-спасательные отряды. Самый известный белорусский – «Ангел». В год к ним поступает около 500 обращений.
Сергей Ковган, руководитель поисково-спасательного отряда «Ангел»:
Если сейчас поступает заявка, что необходимо где-то на пересеченной местности, в лесном массиве искать человека и есть угроза жизни и его здоровью, то не более чем 2 часа дается поисковой группе на выбытие непосредственно к месту.
То есть это уже скомплектованное оборудование, это контроль его заряда, исправности, технического оснащения. Это уже отработанные алгоритмы, и созданы группы подготовленных специалистов, которые призываются.
Повышенный интерес к таким историям, как объясняют психологи, – вполне обычная практика. Бурно обсуждаешь происходящие события и, как следствие, переживаешь их проще. Тревожность снижается. Но как объяснить феномен, когда на совсем обыденной истории с пропажей вдруг начинают строить теории о серийных маньяках, страшных зверствах и преступлениях? Оказывается, что даже этому есть научное объяснение.
Дмитрий Дьяков, научный руководитель Минского центра когнитивно-поведенческой терапии, доктор психологических наук:
Как было с туристами, погибшими на перевале Дятлова. Пытаются найти рациональное объяснение. Если их не находят, то мозг все равно требует от нас какого-то понимания ситуации. Что мы в психологии часто называем «магическим мышлением». Человек фантазирует, использует какие-то уже существующие или создает специальные иррациональные модели, которые помогают хоть как-то объяснить происходящее, восстановить понимание ситуации.
Когда человек уходит из дома и не возвращается, а местонахождение его остается неизвестным, безусловно, трагедия. Но играть на этом – просто преступление, и в первую очередь нравственное. Беларусь – безопасная страна с низким уровнем преступности. А наши правоохранители делают все возможное, чтобы нам, белорусам, уж точно спалось спокойно. Ситуация находится под контролем, и места паники нет. Так и зачем же трепать себе нервы?
