Почему украинский конфликт затянулся, что в Европе думают о диалоге с Минском и почему Польша вооружается до зубов? Об этом и не только на полях конференции по безопасности мы поговорили с военным экспертом из Швейцарии Ральфом Боссхардом. Интервью «Недели».
Ольга Коршун, СТВ:
Вы некоторое время работали в ОБСЕ и знаете, как устроена эта Организация, то есть ее внутрянку. Как вы оцените уровень этой Организации сегодня?
Ральф Боссхард, военный эксперт из Швейцарии:
За те шесть лет, что я провел в Вене, я регулярно посещал заседания Постоянного совета и время от времени посещал Форум по безопасности, который раньше был площадкой для серьезных дискуссий, но сейчас все изменилось. Эти платформы оказались бесполезными. Когда я прибыл в Вену, я увидел, что белорусская делегация проявляет большую активность в области контроля над вооружениями. Я прекрасно помню выступления белорусских дипломатов по поводу меланжа – разновидности очень-очень опасного ракетного топлива, которое в самом конце было изъято из обращения в Беларуси. Но сегодня идеологическая конфронтация стала гораздо более важной, чем это было 10 лет назад или около того. И с европейской стороны, когда речь заходит о так называемых ценностях, таких как ЛГБТ и тому подобный цирк, с их точки зрения, Беларусь находится не на той стороне. И, конечно, это во многом связано с вашим Президентом Александром Лукашенко. Вы знаете, западные политики не любят сильных личностей. Вот почему они ненавидят Путина, вот почему они ненавидят Си Цзиньпина, вот почему они ненавидят Лукашенко.
Эксперт из Швейцарии: Украина – огромный просчёт ЕС и НАТО, они недооценили мягкую силу России. Читайте здесь.
Ольга Коршун:
Считаете ли вы, что в ближайшем будущем действительно возможно, что отношения между Минском и Европейским союзом улучшатся?
Ральф Боссхард:
Я ожидаю некоторых перемен, возможно, от выборов в Германии весной следующего года. Франция, похоже, находится в перманентном политическом кризисе. Италия кажется немного более стабильной, чем Франция. И я не знаю, что произойдет в Британии, но это старые процессы, которые занимают много времени. С другой стороны, что касается Соединенных Штатов, то вы правы. Трамп сейчас делает акцент на личных контактах. Это его стиль ведения политики. И прямые контакты с Владимиром Путиным и Александром Лукашенко принесли определенный прогресс. Но мы знаем, что Трамп очень прагматичен. Он ведет войну только тогда, когда это имеет смысл для бизнеса. Это немного странно, в этом есть доля иронии, но так оно и есть. Поэтому я думаю, что Беларуси будет легче найти общий язык с Трампом, чем с западноевропейскими державами.
Ольга Коршун:
Что касается милитаризации Европы. Как вы думаете, почему Польша проводит такую агрессивную политику, бряцает оружием у наших границ? И к чему это приведет?
Ральф Боссхард:
Именно экономика Германии переживает кризис, и люди начинают это чувствовать только сейчас. Они не чувствовали этого год назад или около того, когда все это начиналось, но сейчас они начинают чувствовать. И, знаете, торговля оружием – это один из методов преодоления экономического кризиса. Это старый рецепт. Мы видели это в истории и в других местах. Итак, Мерц пытается разыграть эту карту. С другой стороны, после катастрофы в Кабуле НАТО находится в сложном положении. А в кризис люди начали задаваться вопросом: для чего нам нужно НАТО? Таким образом, конфликт в Украине и напряженность в Восточной Европе в целом – это очень хорошая возможность для НАТО продемонстрировать свою полезность, в чем я лично очень сомневаюсь. Но таким образом они демонстрируют свою полезность в будущем. И для них в политическом плане это борьба за выживание как организации.
Ольга Коршун:
Наша страна проводит такую конференцию в третий раз. Как вы считаете, мнения, которые звучат в Минске, их слышат в Европейском союзе, в США?
Ральф Боссхард:
Я ожидаю, что в следующий раз здесь появятся эксперты, не являющиеся официальными лицами, но пройдет еще несколько лет, прежде чем действительно высокопоставленные дипломаты примут участие в этой конференции. А до тех пор мы пытаемся найти так называемый путь к контактам между неофициальными лицами, между военнослужащими, между учеными, и мы стараемся поддерживать контакты таким образом. Сейчас это единственный способ. У меня сложилось впечатление, что страны Евразии сейчас считают очень важными транснациональные угрозы, такие как торговля людьми, наркотрафик, терроризм. Это угрозы внутри евразийского пространства. Когда речь заходит о внешнем мире, военная конфронтация с Западной Европой – это вопрос номер один. В настоящее время Западная Европа, безусловно, является самым опасным направлением, самым опасным кризисным регионом, с которым приходится иметь дело.
