Лазуткин: «ХАМАС – это разминка, дальше, скорее всего, будет Иран»
Израиль отправит войска в сектор Газа за «решительной победой». Так называется новая доктрина, по которой ЦАХАЛ планируют уничтожить ХАМАС своей огневой мощью. Несколько предыдущих десятилетий Израиль руководствовался концепцией сдерживания своих противников, однако сейчас ситуацию ведут к эскалации под предлогом борьбы с терроризмом и при поддержке США, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.
О возможных путях снижения напряженности говорит белорусский МИД, но, как и в случае с украинским конфликтом, есть силы, которые сознательно провоцируют обострение.

Андрей Лазуткин, политолог:
Нам объясняют, что война на Ближнем Востоке – это война против терроризма. Есть террористы, которых надо ликвидировать. И для этого готовится наземная операция. Но сегодня целые государства занимаются терроризмом, и им не только не мешают, наоборот, их обучают США, которые собирают опыт группировок Ближнего Востока. А затем адаптируют его, например, к Восточной Европе. Если мы посмотрим на методы, которыми действует Украина, то с 2015-го в составе СБУ было создано 5-е управление Департамента контрразведки – управление активных мероприятий, отделы которого работали по ЛНР, ДНР, Крыму и шире – по России. Их задача – диверсии, теракты и ликвидация людей, но еще, что более важно, создание ячеек глубокого залегания, то есть лиц (как правило, идейных националистов, бывших участников АТО), которым делали пророссийскую легенду и переселяли на восточные территории из расчета, что туда придут русские. Дальше такие люди должны были сотрудничать с новой администрацией, занимать посты и подниматься наверх. Все это делалось уже после подписания Минских соглашений. То есть когда нам рассказывают, что в феврале Россия напала на Украину, с той стороны никто изначально не думал соблюдать мир. Они просто временно поменяли методы ведения войны и начали развивать диверсионное направление. Но никто же не говорит, что Россия сегодня воюет с терроризмом – нет, на Западе СВО называют военной агрессией. А на Ближнем Востоке идет война с терроризмом, важно не перепутать.
Андрей Лазуткин:
Как работает украинский государственный терроризм на земле? Совпадение, но точно так же, как работал ИГИЛ в Европе. Заранее создается пятерка людей, которая не имеет связей с другими пятерками. И поэтому не может их провалить. Пятерка не имеет и конкретной задачи – им надо вредить везде, где они могут. Для этого у них есть схроны с оружием, деньгами, другими запасами. Если получается выйти на какую-то цель, и они могут ее ликвидировать, они это делают. Но потом из Киева все подается так, что подпольем управляют, что есть списки на ликвидацию и что найдут каждого. На самом деле управлять терроризмом невозможно, это вам подтвердят американцы. Можно только создавать для него условия, подкармливать, снабжать, искать кадры, чтобы он длился как можно дольше.

А откуда взять террориста? Обычный сотрудник контрразведки с задачей проводить диверсии и убивать людей вряд ли справится. Надо пройти отбор, дополнительную подготовку и получить опыт, которым щедро делились американцы. Сначала учили на базе группы «Альфа» под Киевом, раньше находилась в поселке Конча-Заспа, там сотрудников отбирали, а потом для обучения диверсионной работе некоторых забирали в США. Вот база зеленых беретов «Форт-Брэгг», ныне «Форт-Либерти», их главный центр диверсионной подготовки. Именно американцы вырастили на базе СБУ и сил специальных операций Украины убийц и диверсантов, чтобы работать против России. И та активность, которую мы видим в Запорожской и Херсонской областях – это не результат «всенародной борьбы» против «оккупантов», как это подают украинские СМИ. Это результат длительной 8-летней подготовки кадров. Последствия мы видели даже в Беларуси. Правда, для них это одноразовый материал, с потерей агентов никто не считается, что как раз нормально для террористических группировок. И это прямым текстом говорит руководство украинской разведки.
А теперь возьмем ситуацию на Ближнем Востоке. Конфликту не 8 лет, а почти 80. ХАМАС точно так же, как ИГИЛ, это искусственно созданная организация, которая в какой-то момент вышла из-под контроля. Но если ими не управляют напрямую, это не значит, что их не провоцируют, не сливают какую-то информацию и не создают условия для нападения. То, что они сделали, зайдя на территорию Израиля, стало поводом для начала войны. И специалисты видят, что после нападения развернулась информационная операция по типу сбитого малайзийского «Боинга» на Донбассе, посадки самолета с Протасевичем или Бучи под Киевом. Создается правильная картинка атаки террористов – или российских «оккупантов» – а дальше это оправдывает любое западное вмешательство, военную помощь, поставки оружия, санкции, блокаду, неизбирательные удары.

Андрей Лазуткин:
И здесь мы уже имеем дело не просто с терроризмом, когда на мирных людей напали дикари, как это показывают на Западе. А с большой психологической операцией. Ну а цель этой операции – не борьба с ХАМАС, а управление поставками нефти с Ближнего Востока. Обычно, когда там начинается война, нефть растет в цене. Но сейчас этого не происходит, потому что на мировую цену сильно влияют санкции против России. Российской нефти много, она продается ниже рыночной и не за валюту. Из-за блокирования логистики и банковских расчетов. В таких условиях странам Ближнего Востока невозможно резко повысить цену на нефть в долларах, как они всегда делали во время арабо-израильских войн. И это развязывает руки для проведения военной операции на Ближнем Востоке. ХАМАС – это разминка, дальше, скорее всего, будет Иран.
Но это тактика в одном регионе. А стратегия США – полностью выбить нефтегазовый инструмент из рук России, Ирана, Саудовской Аравии. Чтобы только США продавали всему миру энергию – уран, сжиженный газ и нефть. «Северные потоки» они взорвали, взорвут и заблокируют поставки на Ближнем Востоке. А тогда дешевые ресурсы не сможет покупать Китай – и это их вторая главная задача. Таким образом ответить на действия Запада по отдельности не сможет никто, и останется только ядерный удар. И у американцев пока многое получается, поэтому так жестоко и неизбирательно бомбят сектор Газа. Потому что они могут это делать. Авиация как будто работает не по военным целям, а на картинку в арабских СМИ. А теперь посмотрим на ситуацию с точки зрения борьбы с терроризмом, как это официально заявлено. Что является прививкой от терроризма для обычных людей?

Андрей Лазуткин:
Можно заметить, что в Мариуполе, в отличие от Запорожья, украинских терактов не происходит. Потому что город оборонял «Азов», он закрывался местными, как живым щитом, и Украине этого не забыли и не простили. А вот там, где территории переходили бескровно, у украинской агентуры осталось гораздо больше влияния. Так вот здесь та же ситуация. Бомбардировки сектора Газа полностью выбьют карты из рук тех арабских сил влияния, которые выступали на стороне Израиля. Терроризма будет еще больше, что затянет войну. Единственное, пока американцы не хотят, чтобы в войну вступал Иран, они воюют со всеми по очереди, а не всеми сразу. Но даже если не будет масштабной войны, надо понимать, что Ближний Восток сегодня – это рынок, куда активно пришел Китай с кредитами и своими товарами. Поэтому даже небольшое обострение приносит ущерб КНР, а это сегодня главный противник США. И обратите внимание, что Китай занял по Палестине нейтральную позицию, но в целом на стороне арабских стран. Это примерно такая же нейтральная позиция Китая, как между Россией и Украиной, но, скорее, в пользу России. А в западных СМИ конфликт подается максимально односторонне.

Но арабов 600 миллионов, и они есть в любой западной стране. И когда ракета попадает в больницу, нельзя говорить арабам, которые живут в вашей стране, что палестинцы сами себя обстреливают. Это вызывает бунты. А когда то же самое говорят в отношении Донецка, Каховской ГЭС, Бучи, Брянщины, Курска – что русские стреляют сами по себе и убивают своих сторонников, что это постановка, так это смешно, можно снимать веселые мультики – русских ведь не жалко.
Понятно, на войне бывает всякое, но современная война – это война психологического воздействия, эмоций, постоянной истерики. Где наблюдателей буквально сводят с ума. И если Запад специально множит ненависть и говорит, что им нужна война, значит, нам надо действовать наоборот – аккуратно и взвешенно освещать конфликт, искать, кому он выгоден, разбирать его механизм. Без этого не может быть мира. Ведь люди воюют не потому, что они плохие сами по себе, а потому, что всегда есть силы, которые организуют, снабжают и провоцируют конфликт.