Авторский проект Алены Сыровой «Суровый взгляд» на СТВ.
Алена Сырова, политический обозреватель:
Не буду давать никакой оценки, просто напомню, что наша казна пополняется и за счет налогов, которые платим. Но все ли их платят как нужно? Не говорю про налог на собак. Давайте возьмем подоходный.
Дмитрий Кийко, министр по налогам и сборам Беларуси:
Соблюдение налогового законодательства. Я бы не сказал, что у нас есть системные какие-то критические проблемы. В целом в тех плановых параметрах, которые мы вместе с Минфином ежегодно планируем и прогнозируем, у нас исполнение бюджета формируется в полном объеме. Если мы посмотрим на налоговую задолженность, в том числе и налоговую задолженность по результатам контрольных мероприятий, это абсолютно такая небольшая цифра, приемлемая, то есть это рабочая величина. Где-то меньше половины процента от всех доходов бюджета.
В целом мы можем сказать, что у нас налогоплательщики формируют доходы в том необходимом объеме, который мы определяем для финансирования государственных расходов. Но сказать полностью, что мы все белые и пушистые, это совершенно будет неправильно. Есть, скажем так, налоговые игроки, которые пытаются где-то «сыграть по-тоненькому», где-то умышленно.
Алена Сырова:
Бюджет вы наполняете столько, сколько нужно. По сути, каких-то дыр в нем не наблюдается. Подумаешь, там миллион, там миллион. Какая проблема?
Дмитрий Кийко:
С моей точки зрения, это банальное размышление социального эгоиста, который участвует в этом процессе. Как правило, такой человек выстраивает вокруг себя мир, который говорит: я никому ничего не должен, я ничего не прошу, я сам себя обеспечиваю и живу. Но на самом деле это не так. Во-первых, если мы будем закрывать на это глаза, значит, мы будем мириться с несправедливостью. Если мы посмотрим на наших бюджетников, они все трудятся, уплачивают налоги, соответственно, пользуются социальными благами, которые государство предоставляет. В первую очередь у этих людей формируется такая несправедливость, когда они видят, что кто-то рядом, так называемый предприниматель, в моменте, скажем так, имеет больше каких-то возможностей.
Потом вторая большая проблема в том, что те люди, которые этим занимаются и волей-неволей вовлекают туда других людей, наемных работников, они, по сути, их лишают социальных гарантий, социального права. Вдолгую – это потерянные пенсии, трудовой стаж не сформированный, какие-то жизненные ситуации (отсутствие больничных, отпускных) и тому подобное.
Это поражение также и в экономических, финансовых правах, когда у нас сегодня тоже кредитные учреждения оценивают твою платежеспособность. Это все в целом отражается в ту определенную сумму налогов, которые не уплачены в бюджет, которые через наши механизмы распределения мы могли бы потратить уже в целом как общество. На развитие инфраструктуры, на строительство социальных объектов, на то, что приносило бы нам всем пользу, и мы от этого бы чувствовали эффект. То есть это такой клубок взаимосвязанных проблем.
Алена Сырова:
Ну да, потому что на самом деле все считают, что та же медицина и образование, это же само собой разумеется, просто априори у нас есть, а то, что это наши налоги, вспоминают, когда удобно.
Дмитрий Кийко:
Опять же, если возвращаемся к этому условному предпринимателю, он говорит: я даже не хожу в поликлинику, я плачу деньги за это. Но это до поры до времени. Если, не дай бог, у человека какая-то серьезная проблема со здоровьем, понятно, что уже платная медицина у нас помощь, соответственно, оказать не может. И хочешь не хочешь, надо будет уже обращаться в государственные учреждения.
Как правило, такие люди, опять же, берем условно (не хочу обидеть предпринимателей, я очень много знаю хороших, ответственных людей). С одной стороны, они отгораживаются от государства, от общества. Но с другой стороны, они очень активные потребители государственных услуг, причем качественных услуг. Они знают, куда надо идти жаловаться, от кого надо требовать. Такой парадокс возникает в обществе. Поэтому, конечно, это тоже порой удивляет и заставляет серьезно задуматься. И, конечно, используя все наши возможности, те задачи, которые нам поставлены, работать на то, чтобы устранять вот эти недостатки нашей экономики в налоговых правоотношениях.
Алена Сырова:
Да-да, именно подготовку главы Министерства по налогам и сборам показывала вам в начале программы. И это, знаете, больше, чем журналистская завлекалочка. Я это трактую как подтверждение открытости работы ведомства. Никто в МНС не ставит задачу кого-то подставить, наказать, уличить, скрыть какую-то информацию. Напротив.
Дмитрий Кийко:
Мы, вообще-то, знаем, к кому идти. Чтобы понимать, где происходит налоговое правонарушение, нам необязательно стоять за забором и подсматривать, кто что делает. Сегодня мы можем это уже определить по анализу тех данных, которые у нас есть, и идти уже целенаправленно к тому плательщику, у которого, мы знаем, практически со стопроцентной вероятностью будут нарушения. И потом уже задействуем непосредственно свои методы работы.
Вот эти случаи, когда, например, стоматологический кабинет, где работают, допустим, 9 стоматологов целый день, анализируется возможность записи, времени практически для посещения нет, но при этом в день пробивается всего лишь 15 чеков. Когда уже за оперативными мероприятиями назначаются контрольные мероприятия, там, значит, сокрытых доходов на миллионы рублей. Если мы возьмем сферу такси, то у нас есть случаи, по которым возбуждаются уголовные дела, потому что это уже более серьезные нарушения организованные, там по 3, по 4, по 5 миллионов начисления. Это в рамках одного лица.
Порядка 70-80 тысяч мы отрабатываем, используя наши возможности. Это так называемый камеральный контроль. Это работа через уведомления. Налоговый орган уведомляет плательщика о том, что он заметил его рискованное поведение. Обозначает рамки риска и предлагает добровольно скорректировать налоговые обязательства. Либо представить пояснения.
Алена Сырова:
Вы видите, что, допустим, по ощущениям он должен был больше налогов платить, но платит как будто бы меньше?
Дмитрий Кийко:
Да, совершенно верно. Только это не наши ощущения, а это использование наших возможностей в плане информационных ресурсов, в плане постройки соответствующих алгоритмов. Налоговый орган предлагает либо скорректировать налоговые обязательства в добровольном порядке, либо представить пояснение, которое, может быть, налоговые органы по каким-то причинам не видят. Это объективная ситуация. Если плательщик предоставляет исчерпывающее поведение, в отношении него эта работа прекращается в данном конкретном случае. Либо, если он предоставляет уточненную налоговую декларацию, то в таком случае плательщик освобождается от ответственности. То есть здесь нет экономической ответственности, здесь нет уголовной ответственности. Если это достаточно большая сумма, он добровольно корректирует свои обязательства. Если говорить конкретно уже о контрольных мероприятиях, это могут быть оперативные проверки, это могут быть выездные проверки, когда мы работаем с документами, с первичными документами. Это порядка 1000 субъектов в год, к сожалению, у которых нарушения устанавливаются более организованного порядка. Здесь мы можем говорить уже об умышленности. В принципе, по результатам таких мероприятий порядка 150 миллионов рублей ежегодно мы доначисляем налогов к уплате дополнительно. И приблизительный эквивалент сокрытых выручки, доходов порядка 150 миллионов рублей. Порядка 70-80 миллионов рублей плательщики добровольно доначисляют, в том числе путем исправления ошибок. В рамках таких цифр мы работаем.
