Зачем Беларуси сотрудничать с другими странами, если есть Россия? Эксперты объяснили
На интеграционном треке. Почему наш маршрут уже построен на Евразийском экономическом пути? Насколько актуален формат СНГ? И бывает ли экономическая и политическая дружба в геополитике? На площадке ток-шоу «По существу» эксперты обсудили международное взаимодействие.
Алена Сырова, СТВ:
Мы очень часто говорим, какого бы объединения ни касались, будь то военно-политического, будь то экономического, в котором состоит Беларусь и Российская Федерация, мы часто говорим о том, что Союзное государство в этой всей истории – это основа основ, это тот тандем, тот союз, на который все остальные должны равняться. И всегда я задаю этот вопрос. Почему нам тогда нужны все остальные?
Если мы прекрасно понимаем, что с Российской Федерацией мы прекрасно сотрудничаем, мы можем найти вдвоем выход практически из любой ситуации, у нас есть технологии, у нас есть возможности быть взаимодополняемыми, то для чего нам в этой всей истории все остальные, с которыми тоже нужно договариваться?
Петр Петровский, политолог:
Как минимум увеличение емкости рынка нашего союза, потому что мы с Российской Федерацией вместе не делаем тот объем рынка, который нужен нашей экономике и экономике Российской Федерации для более-менее нормальной стабильности и устойчивости. Многие эксперты, экономисты говорят, что в современной глобализированной экономике требуется порядка 350 миллионов населения, чтобы она была.
И понятно, почему Президент высказал тезис, что почему-то 35-миллионный Узбекистан еще не в Евразийском экономическом союзе. Это логично, потому что это страна с достаточно высоким уровнем демографического роста, а в части стран Евразийского экономического союза уже имеется нехватка рабочих. Достаточно много различного рода полезных ископаемых. Фактически такой центральноазиатский мощный хаб и центр, точка роста.
На прошлой неделе в Беларусь приезжал министр иностранных дел Ирана. Он организовал встречу с экспертным сообществом нашей страны. Я там тоже побывал, у него спросил его отношения к ЕАЭС. Иран прямо говорит, что у него имеется глубокая заинтересованность. У них, с одной стороны, в том числе есть импортозамещающие технологии, но это логистика, Север-Юг, и это тоже объем рынка 90 миллионов населения.
Здесь нам надо ресурсы, технологии, объем рынка и наша пресловутая логистика. Вот что диктует расширение союза и его привлекательность.
Георгий Гриц, экономический аналитик:
Мне кажется, еще очень важный момент. Союзному государству не надо на наших границах вражеские силы. То есть если мы не сохраним влияние в этом южном предбрюшье, то фактически мы купим вариант Украины. Если мы оттуда уйдем, туда придет НАТО, придет Америка, придут другие недружественные страны. Поэтому с этой точки зрения не все меряется только экономикой, сырьем. Это своеобразный пояс безопасности.
Петр Петровский:
Я объясню с логистической точки зрения. Видим, что Черное море сегодня небезопасно для передвижения грузов. Северный морской путь – там еще недостаточно инфраструктуры, ибо это достаточно дорогостоящие перевозки, поэтому у нас имеется дефицит к незамерзающим портам. А Иран, Пакистан и прочие страны – это возможность наличия этого выхода.
