В 2017 году 12 здоровых детей стали инвалидами: врачи бьют тревогу из-за проникновения в рот малышей инородных предметов

08.08.2017 - 20:24

Новости Беларуси. Белорусские медики бьют тревогу: все чаще бытовые предметы и жидкости оказываются в организме детей. Только в 2017 году в Республиканский центр хирургии поступило в четыре раза больше пациентов, попробовавших на вкус различные химикаты, чем в прошлом, сообщили в программе Новости «24 часа» на СТВ.

Александр Махлин, заместитель директора РНПЦ «Детской хирургии»:
Сейчас здесь лежит ребеночек, который поступил к нам в прошедшие выходные из районного центра. Он выпил неизвестную жидкость. Это оказалось средство «Крот». Это химическое вещество сожгло ребенку всю ротовую полость, язык, голосовые связки, надгортанник, частично трахею и пищевод.

А это значит, что почти со 100-процентной вероятностью семилетний мальчик больше не сможет говорить, есть и дышать самостоятельно. Такова цена одного глотка средства для прочистки труб вкупе с беспечностью взрослых.

Только вдумайтесь в эти цифры: за 7 месяцев 2017 года в дорожно-транспортных происшествиях в Минске пострадало в 5,5 раз меньше детей, чем тех, кто в своих же собственных домах решил попробовать на вкус ядовитые вещества с зачастую более серьезными последствиями для здоровья.

И тут уже не на кого пенять. Помимо бытовой химии, которая вместо налета в трубах разъедает детские кишечники, есть и батарейки, которые электрическим зарядом буквально разрывают орган. Два года назад малыш съел такой аккумулятор – при всех стараниях врачей спасти его не удалось.

Кирилл Мараховский, заведующий диагностическим отделом РНПЦ «Детской хирургии»:
Удовлетворения, будем говорить, от того, что мы используем эти самые современные инструменты, наверное, все-таки нет, потому что это здоровый ребенок был, до того, как он проглотил инородное тело. А теперь он становится больным, и нам предстоит еще долго его лечить и использовать огромное количество разных крайне дорогостоящих инструментов, расходных материалов, и проводить крайне дорогостояще мероприятия.

В распоряжении медиков ведущего детского хирургического центра Беларуси действительно передовое оборудование. Так, совсем скоро заработает аппарат, деньги на который собирали всей страной во время «забега тысячи сердец» мобильного оператора «VELCOM». Но врачи говорят: зачастую важнее передовых технологий банальное внимание к своим детям.

Александр Махлин, заместитель директора РНПЦ «Детской хирургии»:
Еще три недели назад у нас в реанимации одновременно лежали 6 таких детей. У нас остановилась вся работа, потому что мы помогали детям, которые по неосторожности или халатности родителей нанесли себе травмы агрессивными веществами. В этом году 12 совершенно здоровых детей стали инвалидами.

И что можно говорить о серьезности сложившейся ситуации, если сами спасатели в белых халатах беспомощно разводят руками перед беспечностью тех, кто не уберег своих детей.

Люди в материале: Александр Махлин
Loading...


«Не очень были довольны коллеги». Что делать, если не с кем оставить ребёнка?



Новости Беларуси. Детский сад закрыт на карантин, в школе начались каникулы, а в дневной лагерь записаться не успели. Не с кем оставить ребенка или он сам хочет посмотреть, где работают мама и папа. О том, стоит ли брать детей с собой на работу, поговорили в ток-шоу «Точки над i».

Наталья Надольская, ведущая ток-шоу:
Светлана, вам удается договариваться со своими детьми, когда вы их берете на работу?

Светлана Крышнева, мама двух детей:
Нет.

Наталья Надольская:
Как вы это начали практиковать и какие выводы? Вы пришли сегодня с дочкой, расскажите.

Светлана Крышнева:
Вот для нее это сегодня работа. Потому что она ходит в театральную студию, и для нее это действительно какой-то рабочий процесс. Поэтому, впитывай. Все-таки когда-то приходится выступать, на сцене они тоже выступают.

Для меня это был стресс. Один ребенок, тянешь второго. Я не знаю, как мамы там с тремя справляются. На работу я вышла, первый раз после декрета взяла ребенка.

Алеся Лакина, ведущая ток-шоу:
А где вы работаете, Светлана?

Светлана Крышнева:
Я работаю в продажах, в маркетинге. Люди, которые занимаются продажами на телефонах. Часто они более активны, у меня получалось совмещать удаленно. С этой работой не получилось, конечно, которая первая. Первому ребенку было 5, второму – 3, у них разница 2,5 года.

Алеся Лакина:
Светлана, должна быть тишина, насколько я знаю. Вы отвечаете на звонки как?

Светлана Крышнева:
Я их уже взяла в отчетный период. У меня был тяжелый период, когда болела ветрянкой одна, потом – вторая. Поскольку у меня «1С» не был домой перенесен – как сейчас у меня на работе – то первый раз это было очень проблематично. Потому что я только въезжала: такой процесс, как работать онлайн. А первое время я их просто взяла с собой на работу. Я не договаривалась, я просто взяла с собой рюкзачки канцелярских товаров. Они там все резали, клеили. Но все равно одна взяла и отрезала половину косички себе в три года. Я делала прически – помню, перед Новым годом – она себе половину косички. Смотрю, косички валяются, волосы.

Алеся Лакина:
Она решила, что не хочет работать, как мама, а хочет быть парикмахером.

Светлана Крышнева:
У них больше был игровой такой момент, потому что я работала с конфетами. Подарки, игрушки стояли, рюкзачки, конфеты лежали. Для них это было – там возьму, там поиграю.

Алеся Лакина:
Но для вас это не было стрессовой ситуацией какой-то?

Светлана Крышнева:
Для меня это было стрессовая ситуация, потому что это первый раз был выход именно на работу. Там не очень были довольны коллеги, то есть те, которые занимали какие-то должности, ответственность несли. Естественно, я хотела как-то быстрее, быстрее…

Алеся Лакина:
Они вам высказывали как-то или просто косо смотрели?

Светлана Крышнева:
Да, это было, чувствовалось. То есть, когда я пришла – уже напряжение. Я сказала, что быстренько уйду. Там надо было просто доделать отчеты, дозвонить. Какие-то такие моменты, когда уже надо отстреляться. Мои дети, конечно, там очень не соответствовали этой атмосфере.

Наталья Надольская:
Светлана, смотрите, каждая мама, которая приводит или собирается взять с собой ребенка на работу, надеется на лучшее. Она думает, что ребенок будет тихонечко сидеть в уголочке, разукрашивать. Как быстро приходит осознание действительности, реальности, что ребенок на работе – это неспокойный ребенок?

Светлана Крышнева:
Знаете, я поняла одно – все еще зависит от того, как воспринимает руководство или кто-то рядом стоящий возле руководства, ребенка, который пришел. Вот вторая работа у меня была – в принципе, те же продажи, может быть, тот же проект с конфетами. Но руководитель прямо в нее влюбился. Я ее тоже возила. Причем возили далеко, потому что нельзя было оставить мне ребенка. И он настолько дал ей уверенности. Прямо там ее в охапку поднимал, какие-то подарки ей давал – у него самого дочка Саша – и он ее: «Саша!» Она так расцвела, ходила там героем. «Вот тебе конфеты, посчитай, сколько надо, положи, распредели». И она себя чувствовала там уверенно. Когда у нас было совещание, мы выходили, она сидела спокойно, рисовала, даже без телефона. Девочки, которые в этой комнате сидели, ее воспринимали. У них дети, они все понимают прекрасно, так же периодически приводили на совещания детей. То есть это было комфортно. По большей степени, как воспринимает, действительно, руководство. Ты идешь и напрягаешься, потому что тебе надо обсудить какие-то важные дела, ты с ними выходишь дальше за порог этой работы, должен понимать, запомнишь эти дела, не запомнишь.

Алеся Лакина:
И чувствуешь себя виноватым в этот момент?

Светлана Крышнева:
И ты понимаешь, что дети действительно тут мешают. Но, если они четко чувствуют себя комфортно, ты тоже чувствуешь себя комфортно.

Ольга Шерснева, ведущая ток-шоу:
Давайте спросим как раз. Сашенька, а тебе нравится с мамой ходить на работу и какие у тебя были впечатления, когда ты первый раз пошла?

Александра Крышнева:
Я боялась.

Ольга Шерснева:
А что тебе там понравилось?

Александра Крышнева:
Все, что можно было.

Ольга Шерснева:
А что можно было?

Алеся Лакина:
Да ничего нельзя на работе.

Светлана Крышнева:
Ей дали мешок и она ходила, собирала. Ей сказали: «Собирай себе». Все, что лежит, можно было брать. Она ходила, собирала эти конфетки себе – вот это ей понравилось. И, наверное, руководитель, она так его тепло вспоминала потому что.

Читайте также:

«Ребенок за сценой растет». Почему люди творческих профессий часто берут детей на работу?

«Дети разные и чаще всего непоседливые». Чем можно занять ребенка, если родитель вынужден брать его на работу?

«Рассматриваются возможности гибкого графика». Что такое «Компания, дружественная родителям»?